Страх резидента

Меня зовут Борис Демаш и я хочу рассказать историю о кипрском конспирологе Андрее Шипилове, об Ольге Галкиной, которую The Wall Street Journal на днях назвал источником из досье на Трампа и то, к чему в итоге приводит предательство, трусость и беспросветное вранье.

Страх, вероятно, самая сильная эмоция, самое тяжёлое чувство, испытываемое человеком. Не многим доступно умение контролировать это чувство. Не многие способны контролировать свои страхи. А отсутствие страха — удел единичных героев.

Страх зачастую толкает человека на низкие и даже преступные действия. За ними неминуемо следует моральное падение. Люди в своем большинстве неспособны осознать и признать личное моральное падение. Тогда они начинают искать оправдания своим подлым поступкам при этом падают ещё ниже и совершают поступки ещё подлее. И так продолжается до тех пор, пока человек не уничтожит сам себя. 

Досье Стила и его источник на Кипре

На днях WSJ опубликовал статью, в которой раскрывалась личность важного источника из досье на Трампа, подготовленного бывшим британским шпионом Кристофером Стилом. Этим источником, по версии WSJ, оказалась работавшая на Кипре Ольга Галкина, которая «внесла важный вклад» в составление досье «по широкому кругу вопросов». В статье  WSJ говорится, что Галкина передала информацию через своего друга и одноклассника Игоря Данченко, работавшего аналитиком на Стила. 

WSJ утверждает, что досье на Трампа было дискредитировано и основано на непроверенных данных, которые, в том числе, предоставила Ольга Галкина. Мотив — якобы месть за её увольнение из IT-компании, фигурировавшей в досье. Возможность передачи информации — личное знакомство с Данченко. 

После выхода статьи в WSJ проживающий на Кипре Андрей Шипилов, выдающий себя за оппозиционного блогера, разместил в Фейсбуке пост, где с гордостью рассказал, что является  «непосредственным участником некоторых событий, описанных в статье WSJ». И попутно обвинил меня в «краже его материалов», в причастности к российским спецслужбам, а также связал мнимую кражу его черновиков с появлением имени Ольги Галкиной на страницах WSJ — ни больше ни меньше.

А теперь расскажу, как все было на самом деле.

Шипилова я знаю с 2017 года. В начале мы сотрудничали и даже дружили. Вместе с ним мы собирали информацию о деятельности пророссийской партии и агентов Кремля на Кипре. 

С первых дней знакомства он рассказывал мне, что в Лимассоле у него есть информатор — женщина, которая работает в IT-компании, принадлежащей Алексею Губареву. И что эта женщина якобы предоставила ему неопровержимые доказательства того, что Губарев и его компания участвовали в «спецоперации российских спецслужб по вмешательству в американские выборы в 2016-м году». По его утверждению, эта информация стопроцентно верная, он ее проверил и уже отправил «куда следует». Также он утверждал, что Алексей Губарев принимал активное участие в создании пророссийской партии на Кипре. Сам Алексей Губарев эту информацию категорически отрицает. 

Сейчас же Шипилов объясняет свое непосредственное участие в этом деле так.

Я провел расследование этой версии и не смог ни подтвердить, ни опровергнуть ее. Однако составил по просьбе Ольги несколько аналитических записок с возможными сценариями реализации такой атаки [имеется ввиду кибератака на штаб Демократической партии].  Вот эти самые записи и были похищены у меня моим бывшим сотрудником Борисом Демашем в числе прочих материалов моих журналистских расследований.

Мне очень бы хотелось узнать, каким образом мне удалось “»украсть» эти аналитические записки — залезть в его стол, или компьютер, или вытащить из головы? И почему он до сих пор молчал о краже своих ценных аналитических материалов? Тем более, что мне он заявил, что уже отправил их «куда следует»?

Кстати, Шипилов регулярно хвастался, что, несмотря на его жесткую оппозицию к российским властям, у него имеются контакты и «с той стороны», и среди западных спецслужб. Насчет западных спецслужб не знаю, врал, скорее всего, но вот среди российских офицеров спецслужб они точно есть. Он мне называл имена, а некоторые из них приезжали на Кипр и встречались с ним, о чем он с гордостью докладывал.

Среди них был некий Аскар Туганбаев, по словам Шипилова, — полковник ФСБ. Он утверждал, что этот человек его ученик и многим ему обязан. Туганбаев, по рассказам Шипилова, сыграл ключевую роль в электронной разведке российских войск во время агрессии против Грузии, за это его наградили каким-то орденом.

Спасти Ольгу Галкину

В конце 2017 года (или в начале 2018-го) Шипилов позвонил мне вечером и очень взволнованным голосом сообщил, что его информатор в Лимассоле, та женщина, о которой он рассказывал, в опасности. «Российские агенты все же добрались до неё, поэтому  её нужно срочно спасать». Сказал, что пока она в надежном убежище, но её нужно безотлагательно вывезти из Лимассола.  

Мы решили эвакуировать ее на следующий день. Замечу, что Шипилов в реальности сам ни на что не способен и всегда пытается использовать кого-то для своих целей и нужд. Утром мы с ним поехали в Лимассол и вывезли в Пафос эту женщину с ребёнком и ее мамой. Так я познакомился с Ольгой Галкиной.

Мы поселили их всей семьей в отеле в Пафосе. Шипилов, как всегда, сказал, что денег у него нет, поэтому мне пришлось заплатить за отель, дать им деньги на еду и еще долго потом помогать. 

Шипилов убедил меня, что Ольга — ценнейший источник информации и, если мы подружимся, она может дать много интересных сведений. Но, добавил, что она не такой человек, чтобы делать что-то за просто так. Она будет сотрудничать в случае, если ей дать что-то взамен или пообещать что-нибудь… 

Денег на содержание ее и семьи мы ей дать не могли, поэтому Шипилов подал мысль, что мы должны пообещать ей то, в чем она нуждается сейчас больше всего — защиту и решение ее иммиграционных проблем на Кипре. 

Скажу, что из Лимассола мы ее срочно вывозили, так как кто-то (якобы из полиции) угрожал ей депортацией с Кипра.

Поэтому, рассуждал Шипилов, мы должны внушить ей, что можем помочь в ее делах. Я сказал, что не могу играть на беспомощности одинокой женщины и прикидываться спасителем. На что он ответил, что у него есть знакомые адвокаты, которые «могут все», и что он организует встречу с ними.

Он действительно организовал встречу с двумя адвокатами в Никосии, куда я отвез Ольгу. В её разговоре с юристами я участие не принимал и поэтому не знаю о чем конкретно они договорились, но результатом Ольга осталась довольна. 

Ольга рассказала, что с Шипиловым она знакома давно, еще с тех пор, когда работала в Москве. Его она называла «мой интернет-гуру» и говорила, что успешно сотрудничала с ним в Москве. 

Затем мы перевезли ее с семьей обратно в Лимассол. А позже она нашла работу и переехала в Никосию.

Я встречался с Ольгой Галкиной несколько раз и спрашивал о вмешательстве в американские выборы ее бывшего шефа, но она всегда уходила от ответа. Признаюсь, что от нее я ничего на эту тему ни разу не услышал.

Уже в Никосии Ольга начала работать на местную пророссийскую партию, которую мы подозревали в связях с Москвой и спецслужбами. Шипилов сразу же предложил Галкиной сливать информацию об этой партии ему. 

Отмечу, что Ольга полностью доверяла Шипилову. Ко мне же она относилась с недоверием. Правда, ей это не мешало регулярно просить у меня деньги. У Шипилова, она знала, что-то просить бесполезно: он за кофе на встречах никогда за себя не платит, куда-уж деньгами кому-то помогать. 

В итоге никакой информации от Ольги Галкиной мы не получили. 

Что же касается информации о вмешательстве в американские выборы компании, в которой работала Галкина, то Шипилов все время твердил, что он получил от нее это подтверждение. Хотя никаких деталей и доказательств он привести не смог, одна конспирология. И эту свою конспирологию он мне даже прислал на почту, но толку в ней никакого не было. 

Хочу сказать, что, если бы в моих руках оказались документы, подтверждающие российское вмешательство в выборы в США, то я бы обязательно передал бы их американцам. Не раздумывая. 

Обвинения в краже 

Шипилов сейчас на голубом глазу утверждает, что я якобы украл у него информацию о вмешательстве в американские выборы и передал их американцам и, что я работаю на российские спецслужбы. 

Я опасаюсь, что публикация в WSJ была организована прокремлевскими силами с целью дискредитировать расследование спецпрокурора Мюллера. Поскольку у меня есть доказательства того, что человек, называющий себя Борисом Демашем (это, кстати, не настоящее его имя), связан с российскими спецслужбами и часть из них я приводил в предыдущей статье.

Его косвенное обвинение в том, что я, якобы завладев шипиловскими материалами, передал их в WSJ и назвал журналистам имя Галкиной, вообще не выдерживает никакой критики. Со стороны кажется, что он выбивается из сил, чтобы хоть как-то примазаться к расследованию WSJ и попутно оболгать меня.

Шипилов пишет: 

Ряд деталей публикации говорит мне о том, что именно эти похищенные записи и стали причиной появления имени Ольги Галкиной на страницах WSJ. Я вообще не думаю, чтобы где-то в мире существовали документы, в которых имя Ольги Галкиной вообще хоть как-то упоминалось бы в связи с атакой на серверы США. Эта мысль обсуждалась только между нами и не зафиксирована нигде, кроме украденных у меня записей. Ряд деталей публикации говорит мне о том, что именно эти похищенные записи и стали причиной появления имени Ольги Галкиной на страницах WSJ.

По логике Шипилова получается, что кроме якобы украденных шипиловских черновиков, в которых, по утверждению их автора, фигурирует имя Галкиной, больше никто, кроме него, этим делом не интересовался. 

Напомню, что досье Стила, о котором идет речь в публикации WSJ, состоит из сообщений от источников, датированных июнем-декабрем 2016 года. ФБР начало свое расследование о возможных связях штаба Трампа и российским вмешательство в выборы в июле 2016.

В это время я ни о каком Шипилове даже не слышал, об Ольге Галкиной не подозревал. Но Шипилову это не важно. Он убежден, что никто не будет в этом досконально разбираться. 

После публикации в январе 2017 года досье Стила в BuzzFeed и упоминании там компании Webzilla, в мае 2017 года был назначен спецпрокурор Мюллер и началось специальное расследование о вмешательстве в выборы и проверка сведений, указанных в досье. 

Кроме ФБР и спецпрокурора Мюллера, американские журналисты также начали свои расследования. После публикации досье, журналисты не столько искали источник информации, указавший на конкретную IT-компанию, сколько искали подтверждение информации по Губареву и всего, что связано с кибератаками. 

Так как Ольга Галкина работала в компании, упомянутой в досье Стила, и был известен факт ее конфликта с шефом, не удивительно, что на нее могли выйти и ФБР, и журналисты, чтобы выяснить подробности. 

Шипилов же сейчас утверждает, что «мысль о связи Галкиной» с кибератаками возникла только у него, и он по просьбе самой Ольги зафиксировал это в своих черновиках. Записи якобы украли и передали сейчас в WSJ. 

Какие подробности об этом деле, когда и кому Ольга Галкина сообщила,  — мне неизвестно. Но я связываю появление ее имени в СМИ только в 2020 году с тем, что как раз имя россиянина Данченко, занимавшегося поиском информации для досье Кристофера Стила, впервые было обнародовано летом этого года, когда администрация Трампа рассекретила следственные документы ФБР, выяснявшего происхождение этого досье. Кто-то, видимо, догадался связать Игоря Данченко с его давней знакомой Ольгой Галкиной, которая к тому же работала на Кипре в филиале компании веб-сервисов XBT Holding и с Губаревым. 

Причем здесь вообще Шипилов со своими черновиками?

Но он, несмотря на очевидную глупость и противоречивость своих заявлений, продолжает надувать щеки, радуя своих поклонников.

Причины вранья

Зачем вообще Шипилову нужно клеветать на меня, обвиняя в самых немыслимых грехах? Потому что страх толкает его на это. Но чего он так боится? 

Расскажу. 

Я уже много раз писал о том, что некоторое время мы дружили и сотрудничали. За этот период мы собрали большое количество материала об агентах российских спецслужб на Кипре. Большую часть этой информации раздобыл я и, разумеется, поделился ею с Шипиловым. 

Примерно в августе 2019 года, когда мне стало очевидно, что Шипилов не собирается ничего предпринимать и публиковать эту информацию, я прервал с ним все контакты. Решил, что опубликую ее самостоятельно. Узнав об этом, Шипилов сделал всё, чтобы материалы о российских агентах на Кипре не попали в публичное пространство. Он дважды срывал их публикацию в СМИ. Почему? От страха, что обнародование этой информации позволит вычислить и его роль в этом деле. 

В результате собранные материалы все же были опубликованы. Кто хочет почитать может их свободно найти в интернете.

Метания и панические действия Шипилова, конечно же, привлекли внимание российских агентов на Кипре. Фигуранты расследования в итоге вышли на него. А дальше всё оставалось делом техники. Как они заставили Шипилова начать работать на них, я не знаю. Не думаю, что они подвешивали его за ноги или совали иглы под ногти. Но думаю, что Шипилова просто чем-то запугали и он, чтобы спасти свою шкуру, сдал меня. 

Патологический трус и параноик, он просто оказался не в состоянии контролировать свой страх, потому что боится всего и вся. Никогда ничего открыто не пишет и не говорит. Только намеками и недомолвками.

Будь он чуточку смелее, он бы понял, что ему никто ничего не сделает, а все угрозы от агентуры — напрасны. Но он, повторюсь, трус. И сейчас пытается скрыть это и оправдать себя в собственных глазах и среди своих поклонников.

Всю информацию о российских агентах на Кипре, которую я собрал и передал ему, он передал в руки фигурантов расследования. Более того, Шипилов стал свидетелем против меня по уголовному делу, которое возбудили по заявлению российских агентов на Кипре, обвиняя меня в их прослушивании и якобы в незаконной деятельности во время журналистского расследования. Если бы это дело было возбуждено в России, я бы уже давно гнил в лубянских подвалах. Но мы, к счастью, на Кипре. 

Да, кремлевская агентура смогла, используя свои связи, начать против меня уголовное преследование, пытаясь увести его от сути, раздуть и придать ему политический окрас. А Шипилов играет в этом деле главную роль как ключевой свидетель. 

При этом, как он заявляет на публику, он вел самостоятельное расследование о деятельности российских агентов на Кипре и передал его результаты «куда следует» (как он выразился, «в кипрский аналог ФБР»). Но получается, что все, что он собрал против кремлевской агентуры, в том числе прихватив мои материалы, он теперь обратил против меня агентам на пользу.

Вообще нужно сказать, что это какое-то новое слово в журналистике, я с таким не сталкивался. Шипилов, называющий себя журналистом, не публикует материалы своих длительных расследований, как нормальный человек, а относит их сразу «куда следует». И никто не видит и не знает о результатах его расследований. Потом еще и свидетелем в суде выступает…

Если вы загуглите «андрей шипилов расследования» вы ничего в сети не найдете. Их попросту нет. Есть рассказы, есть много неплохих эссе, есть зарисовки, есть мнения, даже публицистика есть. Видимо, все его так называемые расследования в полицейских участках по всему миру пылятся. 

Сейчас Шипилов полностью находится под контролем российских агентов. Он работает за деньги на гэбуху и маскирует свою деятельность благородным мотивом, заявляя, что это все якобы ради безопасности Кипра. 

Чтобы скрыть свою подлую сущность он яростно пытается меня опорочить: пишет заказные тексты, где называет меня жуликом, мошенником и обманщиком; ищет на меня компромат.

Вот недавно нашел мою задолженность российскому банку ВТБ в 330 000 рублей и представил это в качестве доказательства моего морального падения и лжет, что в РФ на меня заведено уголовное дело. 

Недавно Шипилов с новыми друзьями-агентами откопал историю с моим судом по хозяйственному спору и наворотил в тексте об этом споре невероятное количество лжи и клеветы, чтобы представить миру, какой я монстр. 

И все это он делает для того, чтобы оправдать низость, до которой он опустился, поддавшись страху за свою шкуру. Он до смерти боится. Боится, что скоро в деталях всем станет известно о его работе на гэбуху. Ему страшно, что люди которые много лет верили ему и считали приличным человеком, бесстрашным борцом с путинским режимом, увидят, кто он есть на самом деле. Он мечется, не знает, что делать, придумывая одну ложь за другой.

В своих обличительных постах он называет меня то агентом Моссада, то агентом кипрских спецслужб, то агентом украинских спецслужб. С недавних пор он начал называть меня агентом КГБ-ФСБ. Скоро он, вероятно, напишет, что я агент спецслужб Папуа Новой Гвинеи. Хотя нет, он уже написал, что я как-то связан с расследованием в WSJ. 

Я убежден, что только страх толкает этого человека на все большие и большие подлости. Он видит в этом свое спасение. Больше лжи. Больше клеветы. 

«Ценный» свидетель

Как не самый последний человек в информационных технологиях, Шипилов рассчитывает заполнить информационное пространство ложью и клеветой на меня, чтобы обелить себя и как-то оправдать свою подлость и трусость. 

Но. Скоро состоится (если состоится) суд по уголовному делу, инициаторами которого являются кремлевские агенты на Кипре и примкнувший к ним Шипилов. И не важно как он закончится. Не важно какое решение примет судья. Для всей этой истории важно, что «видный оппозиционер» Шипилов придёт на этот суд и выступит свидетелем на стороне гэбэшной агентуры. Он будет защищать тех, против кого он когда-то публично выступал и делает вид, что выступает сейчас. Хотя, что можно ожидать от кадрового сотрудника КГБ, которые бывшими не бывают. Посмотрите по ссылке.

Андрей Шипилов, биография

 

Шипилов, кстати, после публикации ссылки на его биографию и связь с КГБ, высказался в том духе, что это якобы я с его врагами каким-то образом вставил эту информацию в Wi-ki. Но может быть он повнимательней посмотрит, что «вставлены» (опубликованы) эти факты были много лет назад, и что, если так легко можно разместить на вики информацию, то может быть он также легко ее и удалит? 

Конечно, если бы я знал о Шипилове побольше при знакомстве в 2017 году, то я бы близко не подошёл к нему, не говоря уже о сотрудничестве. 

Шипилов в своем сообщении на Фейсбук уже намекал, что «нарыл» на меня новый компромат и готовит новое «расследование». Мне известно, что за провокация и клевета на мой счет готовится, ее детали и даже исполнители. Это касается якобы моей поддельной личности. Я с нетерпением жду, когда он опубликует эту чушь, чтобы иметь стопроцентное доказательство его работы на гэбуху и привлечь его к суду за клевету. 

И последнее. 

Шипилов этим летом таинственно сообщил, что он и его семья находятся под охраной кипрской полиции. И это чистая правда. Рассказывая об этом в Фейсбуке, Шипилов сначала писал, что ему угрожают якобы из-за документов его «расследования» о российских агентах, которое он вместо публикации отнес в «кипрский аналог ФБР». Затем, что под охрану полиции он взят из-за другого “»расследования» — о якобы военных поставках продовольствия в Сирию. И что это — очень опасное «расследование», даже опаснее предыдущего. Сейчас на подходе другое. 

В действительности же полицейскую охрану Шипилову выделили после его заявления в местную полицию об угрозах физической расправы. Согласно этому заявлению, неизвестный позвонил ему с московского номера и обещал «отрезать голову». В полиции Шипилов заявил, что он подозревает лично меня в этих действиях, хотя я убежден, что он сам или его друзья этот звонок и организовали. Об этом заявлении я узнал со слов полицейских, которые были вынуждены допросить меня по этому делу, а также предоставить Шипилову охрану.

Практически процесс охраны у нас на Кипре выглядит так. К дому заявителя подъезжает полицейская машина (утром или вечером) и стоит в течение 2-5 минут. Никаких действий полицейский не проводит, с охраняемым лицом не общается, просто сидит в машине. Через некоторое время (неделю-две) полицейский автомобиль проезжает для контроля раз в день мимо дома не останавливаясь, а затем охрана снимается, если нет нового заявления и соответственно угрозы. Возле дома Шипилова кипрские полицейские проезжали раз в день почти два месяца. Охраняли. 

Скажу, что я в целом не против охраны. У меня только один вопрос — почему кипрские налогоплательщики должны оплачивать охрану российского конспиролога и параноика, подающего вымышленные заявления на своего бывшего друга и соратника?

Борис ДЕМАШ